Помощь - Поиск - Пользователи - Календарь
Полная версия этой страницы: Хайтинский фарфоровый завод
Форум для любителей искусства и старины "СРЕДИ КОЛЛЕКЦИОНЕРОВ" > Художественная промышленность РОССИИ. Люди, производства ... > Фарфоровые, фаянсовые и майоликовые производства СССР. 1917-1991 гг.
Serg_guard
Основан братьями Переваловыми в 1869 году. Торговля распространилась достаточно широко. Фирма "Фарфоро-фаянсовая фабрика торгового дома Переваловых" имела свои представительства в Иркутске, Красноярске, Енисейске, Томске и даже Якутске. Переваловский фарфор стал широко известен в России. Изделия фабрики стали выставляться на сибирских ярмарках и заграничных выставках. Уже в первый год своего основания фабрика получила "Похвальный лист" за огнеупорный кирпич. В Екатеринбурге в 1881 году фарфор удостоили серебряной медали "За трудолюбие и искусство", в 1896 году — "За хорошее качество изделий", на Нижегородской выставке.
В начале ХХ века хайтинский фарфор покорил Европу. В 1906 году он получил Золотую медаль качества в Антверпене, оставив позади датские, голландские, китайские образцы, и приблизился к фарфору Санкт-Петербургской фабрики. Работали на Хайтинском заводе и каторжане — ссыльные поляки — участники восстания 1863 года, каторжане. Среди них оказалось много талантливых людей. Умельцы вручную точили удивительной красоты вазы. Глазуровали и расписывали посуду, перенося кистью на белоснежную поверхность фарфора красоту сибирской природы. На сервизах расцветали сибирские жарки и пионы, заплетались в виньетки полевые цветы.
Ассортимент выпускаемой продукции тоже был разнообразен. На фабрике производили не только посуду. Изготавливали чернильницы, карандашницы, каминные часы, пасхальные яйца, керосиновые лампы и даже самовары. Многие изделия того времени сейчас находятся в Иркутском художественном музее, имеют историческую ценность. В их числе — фарфоровые иконостасы.
Несмотря на великолепный результат работы, условия труда на Хайтинской фабрике были очень тяжелыми. Многочисленные цеха размещались в плохо освещенных, деревянных зданиях. Они отапливались дровами, сжигавшимися в обыкновенных печах. Господствовал ручной труд. Трудовой день рабочего начинался затемно. Механизмы, в небольшом количестве имевшиеся на фабрике, приводились в движение водой от плотины, которая перегораживала речку Хайту. В ее устье три водяных колеса двигали бегуны и волокуши, а они, в свою очередь, дробили, измельчали, перетирали сырье. Обжиг изделий проходил в русских печах. Первую паровую машину-локомобиль привезли в Мишелевку в 1879 году. Она дала возможность механизировать труд рабочих. Производство фарфора стало увеличиваться.

В годы советской власти фабрика была национализирована и получила название — Первая государственная Хайтинская фарфоровая фабрика "Сибфарфор". В двадцатых годах началась ее реконструкция. Возвели цеха, спроектировали и запустили первые туннельные печи, которые стали называться "печи Емельянова" — по фамилии их автора, инженера-теплотехника Ивана Александровича Емельянова. В длину туннельная печь достигала почти 100 метров. Ее розжигу предшествовал длительный период. Сначала печь растапливали дровами, потом мазутом. Реконструкция обошлась государству в 1 млн рублей. Надо ли говорить, что сумма для тех лет была просто ошеломляющей?
Рисунки на посуде той поры как нельзя лучше отражают то время — сибирские мотивы сменились плакатной живописью. В двадцатые годы прекратилось производство фаянса. В основном выпускали изоляционный фарфор, который целиком поставлялся в Москву.

В годы Великой Отечественной войны завод перевели на производство изоляторов и деталей машин. Выпуск фарфора был сведен до минимума. Посуду выпускали без прежнего шика — убрали золото и все то, что напоминало о прежней мирной жизни советского народа. Сибфарфор работал для фронта, для победы.
В конце пятидесятых Совет Министров постановил — предприятие должно обеспечить хозяйственным фарфором Сибирь, Дальний Восток и северные районы страны. Началась вторая реконструкция завода, которая завершилась к ноябрю 1972 года. Хайтинский завод воплотил принцип коммунистического строительства — "всерьез и надолго". Он поражал размахом, огромной площадью, гигантскими корпусами. Тогда же, в начале семидесятых, при заводе основали конный двор, построили теплицы.
Появилась художественная лаборатория. В ее первый состав вошли лучшие художники-практики завода. Всеми силами они старались воспроизвести опыт дореволюционного производства. Вернулись к разнообразной росписи. Долгое время главным художником завода была Р.Г.Алешина. Именно она основала школу крупномазковой живописи, которая стала визитной карточкой хайтинского фарфора. Великолепные изделия из снежно-белого фарфора она украшала изумительной росписью. Чайные и кофейные сервизы, пиалы и тарелки отличал сибирский орнамент, который художница брала из наших полей и лесов.

В музее завода много папок с надписью "Хранить вечно". В них — фотографии начала века, вырезки из областных газет 60—70-х годов. Настоящий архив. Все это кропотливо собирали, подшивали и подписывали работники Хайтинского завода. Чтобы прочесть все статьи, потребуется не один день. Читая подшивки газет, переносишься во времена лозунгов, социалистических соревнований между цехами и отрицательной классовой оценки братьев Переваловых, которые в газетных статьях представляются не иначе как "эксплуататоры, работающие на собственный карман".
Законом жизни для работников завода в советское время был девиз: "Дал слово — держи. Взял обязательство — выполняй". А у хайтинских формовщиков даже был свой марш:
Хайту прославим!
Мы выполняем план любой,
Своими славными делами
Завод ведем мы за собой!
В 1970-е годы в торговую сеть поступали миллионы фарфоровых сервизов. Их отличали невысокая цена и отличное качество. Казалось, так будет вечно. Но в начале девяностых по всей стране встали заводы. Началась эпоха приватизации.
Раньше сто процентов акций завода принадлежало государству. Сейчас акции Хайты распределены между частными владельцами. С начала девяностых сменилось уже несколько руководителей. Нынешний генеральный директор Владимир Васильевичем Шульц рассказывает, что по производству больно ударила инфляция, рост цен на сырье, появление дешевой посуды из Китая. Но главная причина остановки производства — кризис на энергоносители. Копеечный мазут стал золотым. Все заводы, которые в былые времена проектировались на этом топливе, либо стоят, либо переходят на природный газ. Хайтинский завод то начинал работать, то снова замораживал производство. Несмотря на то что сейчас завод стоит, есть люди, которые продолжают работать.


По материалам газеты "Копейка" от 21 мая 2004 года
http://pressa.irk.ru/kopeika/2004/20/007001.html
Serg_guard
Вот марочник который я составил для себя из встречавшихся мне марок. Считаю, что не хватает еще многих, в т.ч. ММП и т.д.
Грег
Вот ссылочка по теме - http://www.museum.irkutsk.ru/collect/farfor.shtml
По маркам материал ещё очень разноречив.
В этом источнике,например, есть такая фраза:
Цитата
В годы советской власти - "ХФЗ Хайта" и традиционное с 50-х годов клеймо - белый горностай как символ белизны и чистоты.

Так когда появился горностай ?
У Гольского стоит дата регистрации горностая - с 1970-го года, т.е. получается 70-80-е гг.
Есть несовпадения и по второй марке. Вот когда неоценимую услугу могут оказать дарственные надписи... wink.gif .
Serg_guard
Цитата(Грег @ 9.2.2008, 18:37) [snapback]26888[/snapback]

Вот ссылочка по теме - http://www.museum.irkutsk.ru/collect/farfor.shtml
По маркам материал ещё очень разноречив.
В этом источнике,например, есть такая фраза:
Цитата
В годы советской власти - "ХФЗ Хайта" и традиционное с 50-х годов клеймо - белый горностай как символ белизны и чистоты.

Так когда появился горностай ?
У Гольского стоит дата регистрации горностая - с 1970-го года, т.е. получается 70-80-е гг.
Есть несовпадения и по второй марке. Вот когда неоценимую услугу могут оказать дарственные надписи... wink.gif .

Марка с елочкой - информацию брал у Дулькиной - с 1954 года, мои сведения, которые мы сводили с другим коллекционером не претендуют на высокую точность - их я делал для себя, теперь опубликовал именно для обсуждения
А Горностай - как я уже говорил раньше - регистрация торговых марок - не есть 100% факт их использования - зарегистрировали в 1970, ставить начали в 1980 году. Или елку зарегистрировали в 1962 году на 5 лет, а через полгода решили сменить штампик.
Хотя с горностаем насчет 1970-х похоже на правду
Serg_guard
Еще немаловажная вещь - это когда Иркутский СНХ стал Хайтинским ХФЗ - это поможет точнее определить марку
Aleks
Вот несколько скульптур этого завода

Горностай (штоф для ликера)
Norbert
[attachmentid=11055][attachmentid=11054]
[attachmentid=11053][attachmentid=11052]
Спасибо за тему о клеймах Хайта!
Мне встретился такой же графин"Соболь", но с надписью
"Иркутск", с такой же надписью графин "Олень", к сожалению
без крышек.Интересный графин "Белка с шишкой",
шкатулка "Байкал и Ангара"
Aleks
Вот на паралельном форуме информация по клеймам

1920 - 1941 - клеймо Сибфарфор
? - клеймо СНХ хфз
50-е - ФХЗ хайта
1962-67 - Хайта с изображением гор и ели
?
1970 - Горностай
Serg_guard
Цитата(Serg_guard @ 10.2.2008, 12:56) [snapback]26903[/snapback]

Еще немаловажная вещь - это когда Иркутский СНХ стал Хайтинским ХФЗ - это поможет точнее определить марку

Вот что я искал smile.gif

Цитата(gella @ 27.10.2006, 19:15) [snapback]11931[/snapback]

СОВЕТ НАРОДНОГО ХОЗЯЙСТВА (Совнархоз - СНХ)
1) в 1917-32 орган управления промышленностью и строительством в губерниях, краях, областях и округах, местный орган ВСНХ
2) В 1957-65 местный орган управления промышленностью (до 1962 и строительством) в экономических административных районах.
coccinelle
Вот еще графин завода:
Грег
Цитата
Serg_guard Дата 10.2.2008, 12:51
... А Горностай - как я уже говорил раньше - регистрация торговых марок - не есть 100% факт их использования - зарегистрировали в 1970, ставить начали в 1980 году...


Вы оказались совершенно правы! По статье Гольского И.А. использование марки с горностаем было зарегистрировано до 1975 года (17 апр.1970-17 апр.1975). Была ли повторная регистрация марки или использовали ее без таковой, но на олимпийском мишке этого завода красуется горностай (фотографии с "Молотка").
Нажмите для просмотра прикрепленного файла
Павел
Пожалуй из представленного - эта вещица - лучшая.
ИТМ.
leddi
Относительно недавняя информация по Хайтинскому фарфоровому заводу:
"СМ номер один" (30.10.2008)
Надежда умирает последней?
komend
Подскажите пожалуйста каких годов это клеймо? Читается - Хайтинский Абразивный
komend
А вот и сам предмет
Грег
Полагаю, то продукция послевоенных лет, поскольку в годы Великой Отечественной войны фабрика производила абразивные круги для отточки стволов орудий, что отражено в названии завода. В эти годы изготовление фарфора было прекращено. В 50-е - 60-е годы фабрика находилась в ведении Иркутского совнархоза (и марка уже другая), посуды выпускалось много, основными потребителями ее были сибирские регионы.
Serg_guard
А можно попросить марочку почетче сфотографировать? Редкая интересная smile.gif
komend
К сожалению лучше у меня не получается
Serg_guard
Спасибо
dimnar
Цитата(Aleks @ 11.2.2008, 17:55) *
Вот несколько скульптур этого завода

Горностай (штоф для ликера)

Добавлю и я свою "Хайтянку" с Севера. Клеймо "Горы" 1954-1957.
Нажмите для просмотра прикрепленного файлаНажмите для просмотра прикрепленного файлаНажмите для просмотра прикрепленного файла
Aleks
http://pribaikal.ru/smi-item/article/3362....6df&print=1

Как заглохла фарфоровая песня

Разбитая асфальтовая дорога огибает длинный глухой забор в центре старинного сибирского села Мишелевка. Там, за бетонной стеной, остатки заводских корпусов Хайтинского фарфорового завода, почти полтора столетия определявшего стиль и уровень жизни в этих краях.

Его изящная, радовавшая людской глаз продукция была известна всему миру, творения здешних мастеров не раз отмечались медалями, дипломами и грамотами самых престижных международных выставок. На территории завода кипела, бурлила жизнь: строились новые корпуса и реконструировались старые, росли объемы производства (до 30 млн. штук в год!), а сама продукция - кружки и чашки, столовые и чайные сервизы, блюда и многое, многое другое год от года становилась нарядней и краше.

Сегодня звонкое фарфоровое прошлое Мишелевки живет в газетных и журнальных материалах тех лет (о передовом предприятии не писал тогда только совсем ленивый, среди журналистов таких немного), в домашнем обиходе миллионов семей России, ближнего и дальнего зарубежья (посуда с маркой ХФЗ вагонами уходила в разные концы света), да еще в горькой памяти односельчан. Впрочем, свежий взгляд приезжего то и дело находит в Ми-шелевке приметы славного прошлого, а еще здесь можно услышать всплески разговоров о последней заводской коллекции фарфора (около пяти тысяч экземпляров!) и ее странной, если не сказать больше, судьбе. Чему, собственно, и посвящено данное журналистское расследование.

Вообще, фарфор в Сибири всегда значил, по-моему, нечто большее, чем просто посуда. От незамысловатых чашек и кружек для чая (здесь, в условиях сурового климата, этот напиток популярнее водки, пожалуй) до изящных статуэток, подсвечников и т.п. - все украшало жизнь людей, радовало души, согревало сердца. Словом, основатели фарфоровой империи в Мише-левке, братья Филипп и Даниил Переваловы еще тогда, в середине 19 века, понимали: коммерческий успех их непростому делу здесь обеспечен. К тому же, местное сырье - голубичные и трошковские глины, кварц и шпат оказались не хуже самых знаменитых европейских, потому мишелевский фарфор был белоснежным, словно просвечивающимся. А еще при внешней хрупкости - очень прочным. Не фарфор, а загляденье, одним словом. Фарфоровая песня.

Древнее и тонкое искусство росписи по фарфору сибиряки перенимали у европейских, китайских, японских мастеров. Еще в первые годы существования завода здесь стали собирать коллекцию изделий из фарфора. Смысл такого собирательства одновременно важен и прост: художники, композиторы, писатели и прочие твор­цы прекрасного, сначала, как известно, глубоко и всесторонне изучают творчество своих предшественников и только потом создают собственные шедевры. Так и фарфористы. Не изучив до тонкости работы мастеров Франции, Германии, Бельгии и других признанных фарфоровых лидеров в этом деле, мастера не достигнут нуж­ных высот в своей работе. Это понимали в Мишелевке всегда. Потому из года в год росла здесь заводская коллекция замечательных фарфоровых образцов со всего мира. Накануне событий в октябре 17-го их насчитывалось не менее 11 тысяч единиц. Тогда производство было на грани закрытия, но выстояло, выжило. А уникальная коллекция фарфора и фаянса знаменитых мастеров фабрик Перевалова, Гарднера, Кузнецова, Попова и других бесследно исчезла. Это была первая (если не считать убийство основателя завода, Ивана Перевалова) криминально-фарфоровая ситуация в Мишелевке. Первая, но, как показали дальнейшие собы­тия, не последняя.

На протяжении почти полутора сотни лет у мишелевского фарфора сменилось немало хозяев. Но все без исключения -и до 17 года, и после, когда фабрика была национализирована и стала называться «Первая госу­дарственная фарфорофаянсо-вая фабрика «Сибфарфор», -заботились о росте и реконструкции производства, увеличении ассортимента продукции, улучшении ее качественных характеристик. В Мишелевке всегда было немало талантливых мастеров, двигавших производство силой своих знаний, опыта, нестандартного мышления. В 23-м году минувшего века инженер-металлург Емельянов предложил для обжига изделий проект панельных печей с непрерывным циклом действия. Первую печь системы Емельянова (комбинация американской и европейской конструкций) построили спустя четыре года, автор изобретения был, как водится, отмечен правительственной наградой. И еще одна черта здешнего фарфорового производства - умение быстро перестраиваться в связи с реальной исторической ситуацией в стране. Накануне Первой мировой войны, например, ми-шелевцы переключились на военные заказы - телеграфные и телефонные изоляторы, уже че­рез год их выпуск составил почти половину (46,3 процента) объема всей продукции. Также быстро здесь перестроили производство на военный лад и в 41-м, выпуская при этом и бытовой фарфор, но более низкого качества и с соответствующей тематической росписью. Сегодня он, кстати, тоже весьма ценный раритет. За два десятка предвоенных лет на заводе снова была собрана коллекция образцов - подарки гостей, все чаще посещавших одно из самых передовых в стране фарфоровых предприятий, лучшие работы собственных художников, а еще немало старинных переваловских изделий, результат поисков заводчан в здешних селах и деревушках. Впрочем, старинный фарфор нередко попадал на завод и как дар местных жителей. К примеру, Анна Дмитриевна Карнаухова, дочь известного переваловского художника Морозова, до глубокой старости расписывавшего фарфор, уже после войны передала в заводской музей большую настольную лампу, фарфоровый таз, вазы, пепельницы, сделанные руками ее отца и деда. Жительница Тельмы Анна Степановна Иванова подарила старинный чернильный прибор, которым ее отца наградил когда-то сам Перевалов. Большой художественно-исторический интерес для усольчан, несомненно, представляют тарелки с надписью «Усолью-Сибирскому - 300 лет» (исполнилось в 1969 году) и изображением, разумеется, В.И.Ленина. Таких примеров здесь немало, люди несли на завод свои домашние реликвии в полной уверенности, что там, где создают новую фарфоровую красоту, они нужнее.

В 39-м году большая заводская коллекция фарфора осела в фондах Иркутского областного художественного музея. Как показала жизнь - безвозвратно. Об этом знают многие старые заводчане. Описание экспроприированных изделий некоторые из них видели в фондовых музейных документах 39 года, это в Мишелевке давно не секрет. Еще один немаловажный нюанс: коллекции уникальных фарфоровых образцов на заводе издавна было принято называть музеем фарфора. Хотя формально это не совсем верно, статус музея народная молва присваивала каждой очередной фарфоровой коллекции, довольно быстро собиравшейся на заводе после очередного изъятия. В заводских документах фигурировали другие названия. Для анализа последующих событий на хайтинском фарфоровом заводе это важно.

Послевоенный, как, впрочем, и военный период на ХФЗ связан во многом с эвакуированным в Мишелевку абразивным заводом «Ильич». Производство быстро было перестроено на военный лад. Здесь стали выпускать абразивы. После отъезда «Ильича» на родину в середине 50-х, на Хайтинском заводе пропала небольшая, примерно в тысячу экземпляров, новая коллекция фарфоровых образцов и появился слух, который упорно держится до сих пор, что фарфор вывезли возвращавшиеся домой ленинградцы. Хотя ему здесь не особо верят. Кое-что они, может и забрали, - вздыхают мишелевцы, но чтобы всю коллекцию - весьма сомнительно. Словом, установить истину, а также найти автора народной молвы сегодня практически не­возможно. Но для развития сюжетной линии эти факты (отъезд Ильича и пропажа коллекции) тоже небезынтересны.

Послевоенная история развития ХФЗ - одно постоянное крещендо, так музыканты называют непрерывное нарастание громкости звука. Из года в год росли объемы производства, совершенствовались производ­ственные процессы. Художественная составляющая выпуска фарфора тоже не отставала: в 60-70-х годах в Мишелевку приехали серьезные, высокопрофессиональные специалисты-прикладники, выпускники Мухинского, Строгановского, Одесского, Конаковского художественных училищ, все члены Союза художников, яркие, талантливые индивидуальности. Неудивительно, что на художественных советах в Москве продукция с маркой ХФЗ всякий раз получала самые высокие отзывы.

И снова заводчане собирали коллекцию художественных образцов фарфора, без которой, как уже понял читатель, невозможно нормальное функционирование этого специфического, очень сложного производства. А на горизонте тем временем забрезжил, появился - нет, не призрак грядущего коммунизма, как уверяли отцы-основатели всесильного и самого верного учения. Грянула перестройка, а вместе с ней все прелести новой российской демократии, в том числе и передел собственности. Хайтинский фарфоровый и тут оказался в передовиках: оформив законную аренду госимущества, завод стал одним из первых арендных предприятий Иркутской области. Заводская коллекция фарфора к тому времени насчитывала более четырех тысяч экземпляров.

Художница из Мишелевки Татьяна Перевалова (родственница основателя завода) в конце 80-х работала заведующей заводской комнаты образцов, и потому помнит там каждую малую вещичку, каждый гвоздик.

«Тогда стали создавать турагентства в Иркутске, Ангарске, других городах. Люди ехали к нам автобусами, всех интересовала и история завода, и производство фарфора, и, конечно, уникальная коллекция, до единого блюдечка выставленная на наших заводских стендах. Я показывала людям эту красоту, рассказывала об истории завода... Как теперь все это жалко -и завод, и наше собрание фарфора, до сих пор сердце кровью

обливается... Интересно, что кроме фарфора у нас было много-много цветов, почему-то там, где находилась выставка образцов, они очень хорошо росли. Стены тоже были оригинальные, у каждой свой смысл. Одну мы оформили срезами деревьев, на кругляшках - уникальные, еще переваловские блюдечки с тончайшей росписью. Такая была красота!»

Татьяна Георгиевна рассказывает, что ее далекий предок топил печи для обжига не мазутом - деревом, оттого и роспись по фарфору, особенно подглазурная, получалась необыкновенно чистой, яркой. «Вот был бы на нашем заводе газ, может, мы и завод бы сохранили, как вы думаете?»

Другая стена заводского музея была выложена небольшими камушками. «Фарфоровую массу получают из природных материалов, такое значение этой стены, - продолжает рассказывать Перевалова. - А на третьей - гипсовые изразцы, гипс нужен для формовки изделий. Наши посетители разглядывали выставку, восхищались и всегда оставляли очень теплые отзывы в специальной книге. Там, кстати, сотни записей не только на русском, на многих языках мира. Огромная заводская коллекция никого не оставляла равнодушным».

В том числе и администрацию Иркутского областного художественного музея - об этом говорят дальнейшие события. Визит директора ИОХМ Е.С.-Зубрий на Хайтинский фарфоровый завод в начале 90-х хорошо помнит тогдашний директор завода В.Н.Терских: «Прибывшая из Иркутска назвала себя, свою должность и... пред­ложила отдать наш фарфор областному музею. Я, разумеется, отказался. В самом деле - с какой стати? Комната образцов не музей, это сердце завода, место работы наших художников. В конце концов, это уже третья по счету коллекция фарфора 20 века, собранная заводчанами за последние тридцать лет. Словом, начальственная дама уехала тогда несолоно хлебавши».

Но тема очередной экспроприации хайтинского фарфора, уникальной фарфоровой коллекции уже витала в здешнем воздухе. Она материализовалась лет через десять, когда знаменитый на весь мир ХФЗ окончательно захлебнулся в постперестроечной финансово-экономической неразберихе. И замер, похоже, навсегда.

Первый тревожный звоночек прозвенел в середине 90-х. «На заводе тогда начались перебои с мазутом, а значит, и с выпуском продукции, - рассказывает бессменный главбух ХФЗ Валентина Алексеевна Зверькова. - Наше производство энергоемкое, в себестоимости продукции более 50-ти процентов занимают расходы на топливо, без него обжиг невозможен».

Изделия из фарфора проходят, как известно, двойной обжиг: утильный, при котором сырая фарфоровая масса высыхает, и, после глазуровки и росписи -политой, в печах при температуре около 1300 градусов по Цельсию. Огромные, почти стометровые печи съедали в сутки до ста тонн мазута. Характерно, что обжиг шел на высококачественном мазуте - атмосфера, или, как говорят за-водчане, среда в печах должна быть чистой, чтобы не было пятен на фарфоре. Словом,знаменитая белизна изделий с маркой ХФЗ на донышке достигалась непросто и обходилась недешево.

«В стабильные советские времена тонна мазута на АНХК стоила менее 20 рублей, - продолжает Зверькова. - Почти столько, сколько один заводской чайный сервиз. К концу 80-х, и особенно в 90-е годы рост цен на топливо стал практически неуправляем. Встал АНХК, мазут пришлось закупать через частные фирмы-посредники, не напрямую, как раньше. Частники, понятно, взвинчивали цены кто во что горазд. Тогда, в середи­не 90-х, нам впервые пришлось останавливать печи, при том, что каждая остановка - брак сразу пятисот тысяч изделий, огромный материальный ущерб».

Если в 90-х печи останавливали не более чем на два-три дня, отработав в таком режиме несколько лет, то на рубеже столетий случилось то, что и должно было случиться, к чему вела логика развития событий в стране в целом и на Хайтинском фарфоровом заводе в частности: цена тонны мазута поднялась до четырех-пяти тысяч рублей, после чего завод встал окончательно, не потянув заоблачные цены на топливо. Здесь надо упомянуть еще одну причину окончательной остановки завода. Три последних года дышащее на ладан предприятие бесплатно отапливало немалый поселок, ту самую Мишелевку. «В стабильные времена это считалось нор­мальным, завод был градообразующим предприятием и построил здесь немало объектов, как тогда говорили, соц-культбыта - школу и жилые дома, участок ЖКХ, канализационно-очистные сооружения, линию ЛЭП и т.п., - говорит В.Н.Терских. - Но в конце 90-х такая «благотворительность» принесла нам огромные убытки, съев все оборотные средства, а местная власть ничего не сделала, чтобы помочь родному заводу. Все же ХФЗ до последнего времени был главным налогоплательщиком в Усольском районе, и до и после перестройки мы исправно платили более половины всех районных налогов».

Специалиста-производственника Терских сменил на директорском посту предприниматель В.В.Шульц, смутно

представлявший себе специфику производства фарфора. При нем, собственно, и произошла окончательная остановка уникального во всех смыслах предприятия. К тому же в соответствии с правительственными указаниями в конце минувшего века здесь, на ХФЗ, началась чехарда преобразований: АОЗТ «Хайтинский фарфор» сменило акционерное общество открытого типа «Сибирский фарфор», затем ОАО «Хайтинский фарфор» и т.д. Смена вывесок не только не возродила производство, но привела его в начале нового века к ло­гическому концу - банкротству.

Заводчане долго не могли поверить, что такое огромное, пережившее череду исторических катаклизмов, предприятие будет вскоре окончательно разрушено. «Мы росли под звуки заводского гудка, - вспоминает жительница Мишелевки Галина Нестеренко. - Он всегда гудел здесь сначала в семь, потом в восемь часов утра - так начинался каждый рабочий день. Следующий сигнал, в 12 часов дня - перерыв, а в 17 часов - все, домой. Бывало, уедешь на дачу, и там гудок слышно. Родной он нам был. Когда завод остановился в первый раз и гудок пропал - словно в душе что-то надломилось, что-то важное ушло. А загудел снова - и на душе такая была радость, такая надежда! Думали - будет жить завод, будут работать печи, у людей будет наша замечательная посуда, а в Мишелевке - рабочие места, заработки, радость, жизнь. Теперь наш гудок замолчал, кажется, навсегда»...

Заводчанка Галина - представительница сотен здешних династий, одна из тех, чьи родственники до третьего-четвертого поколения трудились на знаменитом фарфоровом заводе. Остановился Хайтинский форфоровый - и более четырех тысяч человек враз потеряли работу. Мужчины, да и женщины тоже отправились на поиски заработка, работали вахтовым методом, появляясь дома в лучшем случае на выходных, лишь бы прокормить свои семьи, выучить детей.

Еще на грани веков, когда завод делал последние усилия для того, чтобы выжить, в Мишелевке насчитывалось около девяти тысяч жителей. Сегодня здесь осталось не больше шести, многие специалисты-производственники перебрались в другие края, где нашли применение своим знаниям, опыту, мастерству. Бюджетная сфера, да несколько частных магазинчиков - это сегодня все, что реально работает в старинном сибирском поселке. Зато негативная составляющая - алкоголизм, наркомания - как и повсюду, процветает.

События на остановившемся заводе между тем шли своим чередом. К 2002-му году единственным собственником предприятия стал В.В.Шульц, выкупивший в три этапа полный пакет акций завода. В это время Комитет по управлению государственным имуществом Иркутской области издает постановление о том, что заводская коллекция фарфора должна быть возвращена государству. «На том формальном основании, что если она не вошла в план приватизации, значит, является государственной собственностью, - поясняет юрист Н.А.Владимирцев. - Однако наш план приватизации и без того был подробно расписан, каждую чашку, блюдце и тому подобное не было смысла туда тащить, иначе документ был бы раздут до немыслимых размеров. (Напомню: последняя заводская коллекция фарфора, та самая комната образцов насчитывала к тому вре­мени более четырех с половиной тысяч экземпляров, - И.А.) К тому же, все это ценное имущество входит в состав приватизированного живописного цеха. Отсюда логически следует, что и коллекция также приватизирована. Нам, честно говоря, и в голову не могло придти, какие события последуют за остановкой завода. К тому же заводская коллекция никак не может находиться в госсобственности хотя бы потому, что это неотъемлемая часть завода, как механизмы, стены и так далее. На этой позиции мы стояли и на суде, который закончился абсолютно беспрецедентной акцией.

Исковое заявление «Об истребовании имущества из чужого незаконного владения» - так называется документ, поставивший в 2004-м году жирную точку в судьбе фарфорового завода и его сердца - уникальной заводской коллекции. Начинался он так: «Распоряжением Комитета по управлению государственным имуществом Иркутской области от 23.10.2002 г. № 254-и «О передаче областного государственного имущества» за областным государственным учреждением культуры «Иркутский областной художественный музей им. В.П.Сукачева» на праве оперативного управления закреплены музейные экспонаты, перечисленные в приложении к распоряжению, находившиеся в хозяйственном ведении областного государственного предприятия «Хайтинский фарфоровый завод» до момента его преобразования в акционерное общество.

Согласно акту оценки стоимости основных средств, подлежащих выкупу по договору аренды с правом выкупа Хайтинского фарфорового завода, данные музейные экспонаты не были выкуплены в процессе приватизации государственного предприятия «Хайтинский фарфоровый завод», следовательно, являются объектами областной государственной собственности. В соответствии со ст.209 ГК РФ собственнику принадлежит право владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему имуществом. С учетом требований действующего законодательства, а также в целях обеспечения сохранности и эффективного использования музейных экспонатов, КУГИ было принято решение об их закреплении за областным художественным музеем, однако данное распоряжение до настоящего времени не исполнено в связи с тем, что руководство ОАО «Сибирский фарфор», в фактическом владении которого находятся экспонаты, всячески препятствует их передаче представителям Комитета, либо художественному музею».

Далее в документе сказано, что при посещении завода «представителями комитета и музея установлено: музейные экспонаты хранятся в опечатанном складском помещении завода в опечатанных коробках». Вывод на основании изложенного легко предугадать: «Прошу истребовать из чужого незаконного владения ОАО «Сибирский фарфор» музейные экспонаты «Хайтинского фарфорового завода», являющиеся объектами областной государственной собственности, перечисленные в приложении к распоряжению Комитета по управ­лению государственным имуществом области № 254-и от 23.10.2002 г. Учитывая возможности отчуждения имущества, в счет обеспечения иска прошу наложить арест на музейные экспонаты, указанные в приложении к распоряжению Комитета (номер, дата, перечень приложений). Председатель Комитета Н.А.Горячих».



И.Алексеева. Фото автора.
Окончание следует

Газета «Усольские новости» № 42,43
21,28 октября 2009 года
Aleks
Тарелочка из собрания Гайского историко-краеведческого музея (Оренбургская обл)
allochka
У меня когда-то была такая тарелочка как в предыдущем сообщении, а также чашка и детская глубокая тарелочка с таким рисунком, вроде бы это набор. К сожалению сфотографировать тогда было нечем:(
Вот еще тарелочка, клеймо 50-х годов (добавлено при редактировании)
allochka
Вот еще детская чашечка, высота 4,5 см, рисунок чувствуется рукой наощупь:)
Тоже 50-е годы.
antonina
Цитата(Norbert @ 11.2.2008, 22:41) *
[attachmentid=11055][attachmentid=11054]
[attachmentid=11053][attachmentid=11052]
Спасибо за тему о клеймах Хайта!
Мне встретился такой же графин"Соболь", но с надписью
"Иркутск", с такой же надписью графин "Олень", к сожалению
без крышек.Интересный графин "Белка с шишкой",
шкатулка "Байкал и Ангара"



А сколько стоит графин "Белка с шишкой"????
ГЕНАДЬЕВИЧ
Тарелка . Марка с елкой.
Для просмотра полной версии этой страницы, пожалуйста, пройдите по ссылке.
Русская версия IP.Board © 2001-2024 IPS, Inc.